Оторвет мою бедную голову и выбросит собакам. Нет, я не могу на такое пойти. Ты уж пощади меня. Я ничего не слышал, и ты ничего не говорила. Ойбай! Чтобы я помог разжечь пожар гнева моего господина? Нет. Я знаю, что это такое.
И перепуганный не на шутку Жандаулет укрыл женщину своим чапаном. Гульдараим поняла, что дальнейшие просьбы не принесут ничего, кроме унижений, и она перенесла свое внимание на Садырбека, который сидел неподалеку.
Глаза у джигита были закрыты. Он то ли спал, то ли о чем-то глубоко задумался. Его бледное худощавое лицо, сильно осунувшееся и освещенное косыми лучами восходящего солнца, было очень выразительно. Прямой, с небольшой горбинкой нос, густые брови, на верхней губе усы темной скобкой.
Гульдараим с удивлением разглядывала его, будто видела впервые. Она вдруг обратила внимание, что и одет он был как-то странно, не по-здешнему. Чекмень из тончайшей шерсти верблюжонка, бархатные, с разрезами, штаны, на голове шапка, отороченная мерлушкой. Гульдараим подумала, что если бы убрать мерлушку и заново обшить выдрой, как пошла бы ему эта шапка! Да еще прикрепить бы к ней султан из перьев филина. У нее как раз такие перья висят на настенном ковре. Каким бы он тогда стал видным.
О создатель, неужели те обвинения Бекболата отчасти справедливы?! Неужели она испытывает страсть к этому джигиту? Нет, нет, у нее было лишь одно желание послушать кюй. Когда она узнала о домбристе из аула жатаков, то потеряла покой, хотя и не видала его никогда прежде. В соседний аул она пошла лишь для того, чтобы послушать кюй. Это так. Но, слушая кюй, вновь вернулась в один из призрачных дней своей юности, когда была пятнадцатилетней девушкой. Послушала и опьянела от воспоминаний. Да, опьянела, от самой себя этого не скроешь. Через Двадцать лет к ней снова вернулось то печальное состояние. И виновник этого кюйши Садырбек! И он стал ей дорог, ибо говорил: Ты моя любимая! Освободись от неволи, взлети. А ведь домбра не может обманывать.
Садырбек открыл глаза и увидел, что Гульдараим пристально на него смотрит. Он улыбнулся и кивнул ей.