Актамберды наблюдал за Семеке, младшим братом хана Болата, вторым сыном аз-Тауке. Это был небольшого роста, подвижный человек. Когда он вытягивал шею, то становился похож на птенца, высовывающего из гнезда голову. Ресницы и брови у него были рыжие. И весь он как-то подергивался, беспокойно вздрагивали руки, двигались плечи, даже волосы на голове подрагивали. Взгляд его никак не мог утвердиться на каком-то одном предмете. Есть в степи мышь, которая беспрестанно то высовывается из норки, то снова прячется, а высунувшись, нервно крутит головкой. Глаза у нее подвижные, как ртутные шарики. Семеке точь-в-точь напоминал эту мышь. Взгляд его ни на ком подолгу не останавливался, но и никого не выпускал из поля зрения. Лопатки худого тела выпирали сквозь чапан и тоже двигались сами по себе. Когда он выдыхал из себя воздух, его живот будто прилипал к позвоночнику. Бедняга, высох, как стрекоза, уж не болен ли он? невольно подумал батыр Бокенбай, присматриваясь к Семеке. Однако тот вдруг бросил на него такой пронзительный, полный огня взгляд, что он не выдержал и отвернулся. Нет, ты не болен, просто тебя сжигает огонь властолюбия, решил батыр.
Семеке, изучив выражение лиц сидящих, их реакцию на слова предыдущих ораторов, привскочил на месте, выпятил впалую грудь и заговорил звучным густым голосом, совсем не соответствующим его хилому телу. Барак, Батыр, Абульхаир! перечислил он имена трех султанов. Почему это вы ни с того ни с сего так возбудились? Разве уже забыт нами дух мудрого хана аз-Тауке? Эй, кто вы такие, чтобы обсуждать обычаи и традиции, строптиво противоречить им? Что же получится, если каждый будет выставлять свое собственное превосходство перед другими? Дождемся ли мы тогда дней праведных? Если на мое блюдо попала еда, почему каждый не сводит с нее голодного взгляда? Что это за насмешка судьбы? До каких пор мы будем делить по кусочкам то, что нам принадлежит по праву? Тот кусок вырывает, другой два тянет, совсем обнаглели. Почему это все, кто попробовал ханских объедков, становятся такими прожорливыми? Видал ли кто-нибудь, чтобы груз взрослого верблюда навьючивали на верблюжонка? Если семь законов Тауке еще имеют силу, то разве сейчас не мой черед, не мое право? Конечно, Болат старший. Однако хан не избирается главным сардаром, нет такого обычая. Значит, если нельзя использовать большое блюдо, еду наливают в чашу поменьше. Эта чаша я!
Рабочая электрика на даче без напрягов - наша обязанность . разработка веб приложений на python . купить парфюмерию Cacharel Promesse от Cacharel в Москве . Покупка строительных материалов через интернет продажа стройматериалов